ГЛАВНАЯ О ЖУРНАЛЕ АВТОРЫ АРХИВ ПИШИТЕ НАМ ВХОД
ФЕВРАЛЬ 2009, № 2 (113)
ОТ РЕДАКТОРА

Друзья и читатели христианского портала "Голос Истины". На протяжении многих лет, редактором трудился брат Виталий Бойко. Так как журнал был учрежден церковью "на Горе", города Спокен, а Виталий, по приглашению другой баптистской церкви, перешел на служение пресвитера в ту церковь, на сегодня В. Бойко более не является редактором этого издательства. 

Много сил, здоровья, времени и знаний было отдано Виталием как в организацию, так и в развитие этого журнала. Мы благодарны Богу и брату за труд во имя Его.

Надеемся, что Господь пошлет работников и этот сайт послужит для многих полезным ресурсом в жизни хождении за Господом. Оставляйте свои пожелания, комментарии, отзывы.

читать дальше
ОТЗЫВЫ
Виртуальная вера “богатого юноши”

Отличная статья! Спасибо. Правильное (Библейское) соотношение виртуального и реального в вере, действительно, очень важно для ее истинности.

- Ирина Чадова
читать статью


Выбор спутника жизни и Божья воля

Побольше бы таких открытых практических статей да ещё бы и по разным темам христианской жизни. И “урим и тумим”, и голоса с неба, и даже соответствующие сновидения часто подгоняют под свою волю, диктуя Богу свои условия. А "судя логике статьи" хорошо предложено самое наилучшее - Библия и её изучение - не “впрягаться с неверным” (как и отмечено автором), а "бороться с ослепляющим эффектом влюбленности" любому - верующим или неверующим. Спасибо Геннадий!

- Leonid
читать статью


Выбор спутника жизни и Божья воля

"Оказалось, что брат не использовал “урим и тумим”, и голоса с неба не было, и даже соответствующие сновидения его не посещали. Что это, как не ложь?" А что? других методов Божьих откровений не существует? Я думаю обвинять человека во лжи из-за узости знаний и опытов - грех не менее тяжкий.... как-никак - клевета...

- Андрей
читать статью


Выбор спутника жизни и Божья воля

Интересная статья автору спасибо, Но... Как вы определяете кто верующий, а кто нет?по церковным спискам???)))потому что были И Нееман Сириянин И Вдова из Сарепты Сидонской(они в какую церковь ходили?) и судя логике статьи тогда наоборот нужно на неверующих жениться или замуж выходить, что бы ещё более немощное укрепилось ибо кто немощнее язычников)))

- Анатоле
читать статью


Дружественные Сайты

Facebook
Spokane Slavic Baptist Church
Сайт Христианского Радио
Свет Мира
Slavic Christian Academy


В НОМЕРЕ

ЖИТЕЙСКАЯ ИСТОРИЯ

Путеводная звезда
(Из записной книжки проповедника)
Сергей МАНАХОВ (Калтан, Кемеровская обл.)
Версия для печати
Многие люди однажды в жизни предстают перед прекрасным моментом истины, когда человек обличает себя, когда раскаивается в делах своих, в сознательных и случайных ошибках, в сокровенных греховных желаниях и мыслях. Исповедь такого кающегося приводит его внутреннего человека к смирению по отношению к Богу. И это не самоуничижение, нет! Это мудрое низведение нашего «Я» и возведение над ним Бога. Это не пассивная покорность Ему, но активная смелая жизнь по Законам Божьим.
Предлагаемая для чтения исповедь человека – это рассказ проповедника, внутренне осознавшего потерю связи его проповеди со слушателями и потому ставшей бесполезной. Автор в подробностях описывает свой трудный путь к духовной победе, дарованной Господом. Выражаю надежду также и на то, что от многих зарисовок Божьего мира в Сибири вы, дорогие читатели, получите истинное удовлетворение.

А. Васильева

Осенним вечером я бродил в одиночестве по городскому парку. Холодало и быстро темнело. Я застегнул до верху «молнию» куртки и не спеша пошёл к выходу из парка, хотя уходить не хотелось. Хотелось побыть дальше от людей.

История, которая произошла со мной, была неожиданна, но закономерна. Для человека, не сведущего в ораторском искусстве, может показаться странным, что переживания от неудачной проповеди бывают порой намного тяжелей, чем переживания из-за чего-то другого. Чтобы не прослыть болтуном, нужно честно сказать, что слово неудача в моих проповеднических изысканиях было неприменимо к некоторым из проповедей. Это скорее был провал в деле служения словом! Такой провал, какого я не ожидал.

Если в собрании случались посторонние, то они не замечали моего плачевного состояния. Я больше, чем когда-либо, полагался на риторику, напыщенность, жесты – на всё то, что может сбить с толку неискушённого слушателя. Но со старыми, опытными прихожанами было труднее. Старые слыли дотошными в слове, и «на мякине» провести их было нельзя! Они, я уверен, до сегодняшнего дня хорошо понимают, что меня постигло не что иное, как духовный упадок. Именно по этой причине я искал уединения: уходил в городской парк, не торопился после работы домой или попросту запирался в своей комнате, чем, разумеется, заставлял домашних волноваться. По большому счёту, я мог махнуть на всё рукой и жить, «куда вынесет течение». Но кто хоть однажды испытал непередаваемые минуты близости с Господом, единение с ним во время проповеди, тот обязательно поймёт, что потерять всё это и не попытаться разобраться в причинах – это будет больше, чем простая глупость! Это будет ежедневным самоистязанием.

В человеческой речи нет, не было и никогда не будет слов, которыми можно выразить состояние души, когда она соприкасается с невидимыми духовными началами потустороннего мира. Это величайшее блаженство сравнимо, да и то лишь в малой мере, с тихим рассветом, когда первый луч солнца, едва позолотив кроны деревьев, ещё не согрел землю, но мы ждём тепла, желаем его каждой клеткой своей плоти. И не просто ждём, но простираем свой взор туда, где за укутанной молочными туманами рекой, за сонными долинами вот-вот покажется край огненного шара. И прекрасны те мгновения, когда мы этого дождемся. Каким чудным и удивительным становится преображённый мир! Сколько, оказывается, красоты таила в себе спящая земля! Эту простую неповторимую прелесть можно подметить и в тяжёлом падании капель с отсыревших ветвей, и в далёком крике дергача, и в искрящейся перламутром росе. Но только нужно дождаться рассвета.

И я, познав это, искал утерянное...

***

Проходили дни, недели. Минула зима, а мои старания вернуть благословение, были безрезультатны. Я уединялся, накладывал пост, подолгу молился – сдвигов никаких...

Нехитрым, но верным критерием моих безуспешных стараний было поведение прихожан. Наверное, не каждый знает, что говорить перед большой аудиторией – дело непростое. Но, как и во всяком трудном предприятии, в умении держаться перед людьми есть маленький секрет. И если кто-то думает, что он недоступен простому смертному, тот ошибается! Всё очень легко. Достаточно попробовать жить по Писанию и попытаться найти в Евангелии свои чувства, взгляды и убеждения. Ведь с писаниями согласны многие слушатели. И пусть не все, но кто-то же стоит на стороне величайших Законов и Принципов Книги Жизни?! А перед глубоким нравственным законом, если есть хотя бы малейшая потребность изучить его, бессильна даже самая черствая совесть, которая есть у каждого.

Какой чудесный замкнутый круг! И этот круг служит хорошим признаком духовного единения. Именно такой святой замкнутый круг, где властвует свобода чистой совести, по праву можно назвать «пониманием друг друга». Но как раз понимания, той незримой нити, что связывает души в одно целое, я не видел на лицах дорогих прихожан по отношению ко мне. Я говорил, а меня не слышали. Я был по одну сторону баррикад, а паства - по другую. Между мной и людьми появилась стена.

***

Весной, когда почти сошли снега, мне стало в тягость находиться дома в свободное время. Природа ещё не проснулась окончательно, но животворящие лучи солнца уже сделали своё дело. Утренники бывали холодными, с лёгкими заморозками и туманными рассветами над подсыхающими от южных ветров дорогами. Но после обеда, когда становилось теплее и лес начинал дышать запахами оттаявшей осиновой коры, я не мог усидеть дома. Прихватив записную книжку и карандаш, я уезжал за город.

И здесь меня встречали благодать, умиротворение и побуждение к молитве. Благодать я находил в отрешенности от докучливой городской суеты. Среди обросших лишайником старых пихт можно было услышать стук своего сердца; только здесь, меж белоствольных красавиц-берёз, приходили мысли, чистые и возвышенные. Мир, который был превыше человеческого понимания, отгораживал мою бедную душу от сонма житейских забот и направлял помышления к небесам. В такие минуты молитва, тихая, но горячая, была моим уделом.

Десятки раз, простирая вверх руки, я задавал Творцу Вселенной один и тот же вопрос: что со мной произошло? Но в ответ лишь ветер осыпал с елей колючие иголки. И тогда я молился ещё усерднее.

Временами мне казалось, что я стою на грани понимания происходящих событий в моей жизни. Всё, что тёплыми весенними вечерами видели мои глаза, было воистину прекрасно! Но вместе с тем удивительная согласованность и целесообразность в природе самым неожиданным образом стала указывать мне на то, что нарушителем гармонии в окружающем мире может быть только испорченное злом сердце человека.

Я подозревал, что являюсь одним из таковых.

Для своих упражнений в молитве я давно облюбовал сухую возвышенность среди невысокого ельника. Это место было хорошо защищено от ветра старыми елями, которые, словно мудрые родители, оберегали покой молодняка.

Однажды, удобно устроившись на взгорке, с которого открывались подёрнутые синеватой дымкой горизонты, я помолился и стал делать пометки в записную книжку. Наблюдать природу было одним из любимых мною занятий, и я так увлёкся, что не заметил у себя под ногами лёгкого движения. Но вскоре шорохи и шуршание привлекли моё внимание, и я стал свидетелем маленького происшествия, виновником которого оказался ёж.

Животное, топорща иголки, на которые были наколоты сухие прошлогодние листья, насторожилось и, по-видимому, меня изучало. Я не придал этому значения и продолжал бы заниматься своим делом, не привлеки моё внимание одно важное обстоятельство. В поведении ежа было что-то необычное: по его иголкам пробегала чуть заметная дрожь. Это побудило взять прут и осторожно потрогать животное. И каково же было моё удивление, когда я заметил, что ёж не сопротивляется.

Уже через минуту я держал в руках колючий клубок, при тщательном рассмотрении которого моя догадка подтвердилась: животное было нездорово. К его мордочке прикрепились небольшие тёмно-серые шарики грушевидной формы. Некоторые, будто присоски, виднелись между иголками, и мне потребовалось труда, чтобы оторвать такую штуку от тела ежа. Я принялся исследовать странное явление. И удивление моё вскоре сменилось неприятным чувством; с одной стороны предмета моего изучения я заметил признаки жизни в виде двух длинных цепких лапок. Это выглядело омерзительно и не оставляло сомнения, что мне представилась возможность любоваться клещом-паразитом.

«О, Боже, это несчастное создание и не догадывается о причине своего недуга»! – подумал я, и в то же мгновение, словно вспышка молнии, меня озарила простая, но потрясающая догадка. Яркий удивительный свет вдруг излился ко мне в душу, и в нём я увидел себя! И не просто увидел, а почувствовал каждым нервным волокном, как к моему телу прилепились присоски греха. Да, именно ко мне, а не к тем людям, в которых много раз я пытался найти истоки своей духовной болезни. Это было потрясающее обличение! И пришло оно не от человека, и не от умственного переутомления. Это было чудесное понимание собственной испорченности, дарованное в мой разум из тех Источников, которые открываются для тех, кто их искренне ищет.

«Но, Боже, в чём мой грех?! – думалось мне. – И почему я, словно слепой, не вижу причин духовных проблем? Почему?»

Теперь я чувствовал, что нахожусь недалеко от истины, но тем не менее как тогда, так и впоследствии мне пришлось вновь и вновь искать окончательный ответ. Это было мучительное исследование своей души. Оно тяготило, отнимало уравновешенность, вызывало раздражение. Лишь спустя несколько дней мне стало легче. Но полностью мир в моё сердце не вернулся. Так проходили дни, недели, месяцы…

***

Незаметно во двор моего дома пришла осень. По утрам в городском парке дворники жгли листья. И от знакомых с детства запахов, от лёгкой серебристой изморози на траве по утрам, от туманного сонного неба, от паутин, отягощённых росой, – от всего увядания природы мне было немного грустно. И грусть эта усиливалась более, когда я вспоминал скучающие лица дорогих прихожан во время проповеди. Я понимал: дальше так продолжаться не может. И я не ошибся! Случилось это тёплым воскресным вечером. Я не оговорился: вечера и осенью бывают тёплыми. Это тогда, когда после августовских дождей устанавливаются солнечные тихие дни. Весь мир в такое время года преображается. Сырые холодные дали становятся ясными, а сам воздух переливается от большого количества паутинок.

Полный уныния и разочарования, я шёл после служения домой. Так же, как и год назад деревья осыпали на тротуары золотую листву, так же столбами колыхалась ожившая от тепла мошка, но я ничего не видел. Мне нужно было зайти в магазин, чтобы сделать покупки. И до сегодняшнего дня я считаю, что эта нужда и моя рассеянность были в тот момент как раз тем обстоятельством, которое послужило для того, чтобы у меня, наконец-то, «открылись глаза». Сделав нужные покупки, я направился к выходу. Череда пёстрых мыслей занимала мою голову, и я не заметил у двери человека. Вернее, я его заметил, но только краем зрения, вскользь. И обратить на него внимание мне пришлось лишь по той причине, что он опирался на палку. Да, именно палка была тем предметом, который привлёк моё внимание; сам же человек был на втором плане. Это побудило меня к действиям: я машинально толкнул перед незнакомцем дверь.

– Спасибо, брат, – раздался хриплый простуженный бас.

– Что вы сказали? Брат? – спросил я и поднял голову.

Передо мной стоял пожилой человек. Одет он был довольно неприглядно. Какие-то грязные обмотки непонятного происхождения служили ему обувью. По палке и по тому, как незнакомец тщательно «упаковал» свои ступни, я сделал вывод, что ноги у него больны. Такое же грязное, местами рваное пальто неуклюже сидело на его плечах. Шапка тоже ничем не отличалась от остальной экипировки моего новоявленного «брата». Но что больше всего в этом человеке привлекало мое внимание – это глаза. Они у него слезились и были чуть прикрыты. Но это не умаляло их выражения: в глазах незнакомца лучился свет, который люди называют добротой. Его взгляд был украшением всей внешности: в счёт не шло даже то, что человек явно страдал алкоголизмом. Об этом говорили и отёчность под глазами, и сизый нос, и давно не бритые щёки.

– Простите. Я очень плохо вижу, – сказал он. – Спасибо Вам.

– За что? – спросил я.

– За то, что не побрезговали бомжем, открыли мне дверь.

– Но Вы же плохо видите.

– Хорошие вещи я вижу прекрасно, друг, – сказал он. – Не каждый сделает для такого, как я, то, что сделали Вы.

Я промолчал, и мы разминулись.

А вечером я долго не мог уснуть. Разговор в магазине начинал беспокоить меня всё больше и больше. Вначале я не придал этому значения, но когда голос бродяги зазвучал, как наяву, мне стало не по себе. «…я вижу прекрасно, друг», – говорил невидимый собеседник. – А ты что увидел? Человека или палку, которая побудила открыть дверь бомжу?» – спрашивал кто-то другой, сидящий глубоко в моём сознании.

– О, Господи, – воскликнул я, вскочил с постели и быстро оделся.

Сердце моё билось, щёки горели. Мне вдруг в одно мгновение стало понятно всё! Я и только я был тот слепец, который не замечает вокруг себя людей! Я мог видеть что угодно: палку в руках человека, грязные обмотки на его ногах, следы алкоголя на лице и ещё много всякой всячины. Но я не видел главного - глаз человека и его сердца! Потому что и моё собственное окаменело и стало неспособным проникнуться пониманием и болью ближнего. Красота проповеди, напыщенной и сдобренной афоризмами, стала самообманом и успокаивающим средством для совести.

– О, Господи, - вновь возопил я и упал на колени. – Прости меня за то, что я забрался на Вавилонскую башню, с которой нельзя увидеть слёзы в глазах людей. Прости, Господи, во имя Крови Сына Твоего Иисуса Христа...

И ещё долго говорил я Небу о том, что мне нужно спуститься с этой проклятой башни; что виноват в своей самоуверенности только я. Часы отсчитывали минуты. За окном с шумом проезжали запоздалые автомобили, а я всё говорил и говорил. И никто тогда не знал, что творилось в моей душе. А происходили там удивительные вещи.

Если кому-нибудь приходилось заблудиться в лесу в пасмурную погоду, тот, наверное, знает, как бывает скверно, когда вы, не имея возможности сориентироваться по солнцу, в бессилии снова и снова возвращаетесь на то место, где были уже много раз. Каждый новый круг добавляет страх и отчаяние. Но как сильна бывает радость, когда меж хмурых туч блеснёт солнце?! И от того, что вы можете выбрать правильное направление, в одно мгновение меняется всё: и лес, и небо, и луга, и даже воздух.

Со мной случилось нечто подобное. Я вышел из заколдованного круга! И произошло это не потому, что мне удалось своим умом найти ответ на трудный вопрос. Всё было наоборот. Я знал, что получил помощь свыше, и теперь удивлялся, почему многие люди имеют странность оспаривать существование Бога. Я сожалел, что они делают это легко, нимало не задумываясь над тем, что в других обстоятельствах, прежде чем вынести какое-либо суждение, им приходится не раз пересматривать «все за и против». «По-видимому, они не догадываются, какая им грозит опасность, и не боятся, что за опрометчивое решение рано или поздно придется отвечать. Таково мышление всех смертных», – думал я и понимал, что не возгордился, употребляя в своих размышлениях словосочетание «всех смертных». Для этого у меня были веские причины: главная – вера в собственное бессмертие! И теперь никто на свете не мог меня переубедить, что вера – это не гордость, а правильный путь.

Одному Богу ведомо, сколько мне довелось покружить на одном месте, прежде чем я познал Истину. И её понимание пришло не в виде громкого голоса с неба. Ответ на мучительный вопрос я услышал в своём сердце. То, что было закрытым многие дни, стало ясным в один миг. Передо мной вдруг широко распахнулись незримые двери, и душу мне заполнило тихое сияние.

***

В тот ненастный день за окнами молитвенного дома крупными хлопьями падал мокрый снег. Ветер, промозглый и порывистый, стучался в окна, подвывая, как побитый пёс, гремел где-то на крыше водосточной трубой. Но в доме было натоплено и уютно. Сейчас я уже забыл, о чём тогда говорил проповедь, но в моей голове хорошо запечатлелись скучающие лица прихожан. Кое-кто из них внимал глаголам вечной жизни с прикрытыми глазами. «Что это с ними? Неужели спят?! – думал я, бегло прочитывая стихи из Святого Писания. – Наверное, устали. Вот у тех, что сидят слева, – хозяйство. Намаялись, видимо, бедолаги. Ведь у них кур только полсотни. А корова? А овцы?»

И вдруг я поймал себя на мысли, что говорю одно, а думаю о другом! «О, Господи, какой ужас», – мелькнуло в моей голове. Я замолчал, и в зале наступила тишина. Стало слышно, как над входом в вестибюль тикают часы. Мне казалось, что звуки их похожи на удары колокола. Я проваливался от стыда в чёрную бездну, и чем дальше длилось моё нелепое молчание, тем стремительнее было это падение. Страх сковал мне члены, сделал немым, парализовал способность мыслить. На лбу у меня выступила холодная испарина. Длилось всё это целую вечность. Все молча ждали.

Но вот я заметил на последнем ряду сестру-старицу. Она не пропускала ни одного собрания, всегда была со мной приветлива, но у меня никогда не находилось времени, чтобы поговорить с ней. Нескончаемые хлопоты и беготня после собраний отнимали простую задушевную беседу. Признаться, к моему стыду, я даже не знал её имени.

Она смотрела на меня, и было видно, как у неё неслышно шевелились губы. «Молится за меня и, наверное, всегда молилась, – подумал я и ощутил, что кровь прилила к моей голове. – Прости, Боже, глупца». Помню, я произносил эту фразу много раз и почему-то всё глядел на сестру: видел её худые старческие руки, которые она прижала к груди; видел, как бедно она одета, видел, как она немощна. Сердце моё сжалось от жалости к ней, а из глаз потекли слёзы. Это был чудный и неповторимый миг в моей жизни.

И я заговорил!!!

В душе у меня произошёл сдвиг, будто прорвало плотину и огромные массы воды, сметая на своём пути все преграды, низринулись вниз по течению. Слово шло легко, будто не я проповедовал, а кто-то другой, находящийся внутри меня. О, как не хотелось смолкнуть в тот вечер моим устам!

И ещё я видел, как меня внимательно слушают прихожане, как улыбается сестра-старица, как она, оправляя голубенький ситцевый платочек, доброжелательно покачивает головой. Я чувствовал, что мы с ней - одно целое. И это вливало в меня силы.

***

Вечером того дня я был дома один. Во дворе подморозило, и в окно моей комнаты струилась та мягкая несказанная синь, которая, как правило, бывает признаком наступления безветренной и холодной погоды. И хотя до настоящей сибирской зимы было ещё далеко, снег уже запорошил, засыпал тротуары, крыши домов, деревья, всю улицу. Слякоть и грязь в одночасье прекратились, и мир, будто по мановению чьей-то руки, преобразился из мрачного в девственно чистый и светлый.

Я сидел за столом и читал Библию. На душе у меня было торжественно и, словно в храме, благоговейно. Как прекрасно и неповторимо ложилось мне на сердце Священное Слово! Оно воспламеняло внутренность и побуждало искать новых духовных высот. Я был весь во власти тех правдивых Библейских жизнеописаний, которым порой не уделял достойного внимания. Но теперь, после всех моих жизненных перипетий, писания зазвучали для меня с новой удивительной прелестью. В каждой строчке я открывал для себя истину, неожиданно точную и неоспоримую для своего разума. Это был настоящий взлёт, разрыв с земными сиюминутными началами. Мой разум, словно космический корабль, движимый энергией веры, преодолевая земное притяжение, уносил меня всё дальше и дальше, туда, где за сиянием мириад небесных светил я видел чудный жемчужный город.

Духовные впечатления были настоящим бесценным благом. Подхваченный их воздействием, я не замечал ни времени, ни окружающей обстановки, пока часы с шипением не пробили одиннадцать раз. Их тягучие удары вернули меня к действительности, и я уже был готов закончить духовные подвиги, как неожиданно почувствовал неудержимое влечение подойти к окну и опуститься на колени. Такие переживания случались со мной и раньше, но в этот вечер всё было иначе. То, что я ощутил, назвать простым побуждением не предоставлялось никакой возможности. Это было горячее, искренне желание молиться. И я последовал зову сердца!

Небо в столь поздний час выглядело величественно. Меня всегда охватывали робость и почтение, когда я видел его бездонную черноту с блёстками светил. Но миры, таинственные и не достижимые для смертного человека, тревожили мою душу только до тех пор, пока я не начинал молиться. Так было и в этот раз. Минуты задушевного разговора с Богом и отрешённость от земной суеты – вот что дало мне глубокое духовное удовлетворение. А созерцание ночного звёздного неба, основанное на твёрдой вере, что я не одинок во Вселенной, что там, в вышине, нас ждёт Небесный Отец, окончательно принесли покой моему сердцу и помогли стать свидетелем подлинного чуда.

Вначале я не придал значения тому, что увидел. Это была обыкновенная звезда, каких на небе бесчисленное множество. Но когда звезда стала увеличиваться и делаться неестественно яркой, мне стало не по себе. «Наверное, это новый спутник», – подумал я, заинтригованный необычным явлением. Но то, что произошло дальше, изменило моё мнение. Звезда вдруг тронулась с места и плавно поплыла по ночному небу. «И верно – спутник! – вновь подумал я. – Но почему он такой большой, да и движется весьма медленно».

И так я долго ломал бы голову, но случилось вот что. Передвигаясь по небу и не уменьшаясь в размерах, звезда в своём следовании скрылась за переплётом оконной рамы. И я, затаив дыхание, стал терпеливо ожидать, когда она появится вновь. Но, увы! Как ни искал я объект своего внимания, он бесследно исчез. Пропал. Растаял, как утренний сон. «О, Боже, что это было?», – задал себе я вопрос. Не прошло и минуты, как мне стало ясно всё. «Это ты, Господь!», – прошептал я, не сомневаясь в том, что стал причастником Божьего естества. И это убеждение было не следствием самонадеянности. Моя уверенность зиждилась не на чувствах и эмоциях, хотя никогда ранее в своей жизни я не испытывал более глубоких внутренних переживаний, как в это момент. Основанием моей точки зрения было Слово Божье. Волнение моё тогда было очень сильным, но оно не помешало взять в руки Священное Писание. «И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день, и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших», – вот что я прочитал во втором послании Петра.

Оказывается, весь тот маленький духовный опыт, который я черпал из источников Божьей мудрости, был не простым стечением обстоятельств, а водительством свыше. Именно тогда я понял, что, несмотря на все ошибки и отступничества от Истины, меня вели, как малого ребёнка. Вели к желанной цели: к победе над самим собой, к откровению свыше. Но победа эта была не моя: её мне даровал любящий Бог. Это он так долго терпел мою самоуверенность. И открыть мне глаза было по силам только Ему.

С тех пор прошли годы. Немало воды утекло. Изменились люди, да и жизнь стала иной. Но за всё это время, что бы со мной ни случалось, я твёрдо знал, что в тот далёкий вечер это был Он: корень и потомок Давида, звезда путеводная – Иисус. И только Он, наш дорогой Искупитель, остался неизменным в своей любви ко мне и к людям.
Версия для печати
Комментарии читателей
Роман
Замечательный рассказ, видно что автор пережил присутствие Божье в своей жизни

14.04.2013 09:13:40
ТЕМЫ
АКТУАЛЬНО
ВОПРОС НА УЛИЦЕ
ВОПРОСЫ БИБЛИИ
ДЕТСКАЯ СТРАНИЧКА
ДЛЯ ЖЕНЩИН
ДЛЯ ПОДРОСТКОВ
ДО БРАКА
ДУХОВНАЯ СТАТЬЯ
ЖИЗНЬ ЦЕРКВЕЙ
ЖИТЕЙСКАЯ ИСТОРИЯ
ИНТЕРВЬЮ
ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ
ИСТОРИЯ ГИМНОВ
КОМИКСЫ
КРОССВОРД
МИССИОНЕРСКИЙ ОПЫТ
НА ЖАТВУ
НА НОВЫЙ ГОД
НА ПАСХУ
НОВОСТИ
ПОЭЗИЯ
ПРАВДИВАЯ ИСТОРИЯ
ПРАКТИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ
ПРОПОВЕДЬ
РАССКАЗ
РОЖДЕСТВО
СВИДЕТЕЛЬСТВО
СЕМЬЯ
УРОКИ ИСТОРИИ
ЧИТАТЕЛИ СПРАШИВАЮТ
ЭКСПРЕСС-ИНТЕРВЬЮ

ОТ РЕДАКТОРА
АВТОРЫ
Сергей МАНАХОВ
Христианский писатель. Автор рассказов и статей.
статьи автора
© 1999-2017 "Голос Истины"
All Rights Reserved.
Воспроизведение, распространение в интернете и иное использование информации опубликованной на сайте www.istina.info допускается только с указанием гиперссылки (hyperlink) на www.istina.info. Использование материалов в не сетевых СМИ (бумажные издания, радио, тв), так же со ссылкой на журнал "Голос Истины" и сайт www.istina.info. Связь с Редакцией.
ГЛАВНАЯ О ЖУРНАЛЕ АВТОРЫ АРХИВ ПИШИТЕ НАМ ВХОД