Виртуальная вера “богатого юноши”

Судя по Евангелию от Марка, встреча с богатым юношей произошла вскоре после благословения Христом детей. Можно увидеть контраст между тем, как “входят в Царство” дети и богатые. Очевидно, что дети, лишенные амбиций, статуса и еще не достигшие земного успеха, намного легче достигают Божьего Царства (Мр. 10:14-15), чем такие, как богатый юноша, – имеющие вес в обществе, “реализовавшие” себя как мужчины.

Сей богатый юноша имел, казалось, все предпосылки войти в Божье царство. Он с почтением относился к Христу, был готов повиноваться Ему. Он обладал природной добротой, старался исполнять все заповеди. Его отличала неудовлетворенность сытой богатой жизнью и чуткая совесть, подсказывающая, что ему “чего-то недостает”. Богатый юноша (в отличие от многих других богачей) серьезно относился к вечной жизни. Но ему не хватало веры ребенка, в системе ценностей которого нет многого того, что является важным и приоритетным для взрослых, богатых, состоявшихся, “чего-то добившихся”.

Джон Макартур в своей книге “Благовествование Христово” справедливо отмечает, что в наших церквях такого человека бы “не упустили” – не курящего, не пьющего, «не грешащего», доброго и богатого. Он с готовностью произнес бы “молитву покаяния” и влился бы в нашу церковь. Главное – не требовать, чтобы он продал свое имущество и отдал деньги бомжам нашего города. Впрочем, я уверен, что мы не только не просили бы его об этом, но и с ужасом убеждали бы его не делать “такой глупости”, предпочтя использовать его деньги на нужды церкви. Ирония, однако, заключается в том, что сия «глупость» стала главной причиной, почему богатый юноша остался без спасения (Мр. 10:21).

У богатого юноши была вера!

Богатый юноша верил, что…

  • есть вечная жизнь;
  • Иисус знает путь к вечной жизни;
  • Он учит истине (Мр. 10:17-18).

Юноша настолько хотел получить вечную жизнь и с таким уважением относился к Иисусу, что “пал перед Ним на колени”. Видимые проявления его веры были довольно сильны. Даже драматичны.

Слова Иисуса “что ты называешь Меня благим…” большинством толкователей понимаются как указание на внутреннее противоречие в обращении “учитель благий”. Никакой учитель не может быть благим. Только Бог. Если бы богатый юноша назвал Иисуса “Бог благий”, Христос, разумеется, не упрекнул бы его за это.

Богатый юноша не был самоправедным “законником”!

Многие толкователи видят проблему богатого юноши в том, что он пытался получить вечную жизнь на основании закона. Они считают, что если бы он подошел к вопросу спасения с позиции благодати, Иисус не стал бы требовать от него “совершенного исполнения” закона – т.е. идти на такую радикальную меру, как добровольная нищета. Однако есть ряд возражений против такой точки зрения:

1. Прежде всего, этот случай не нужно рассматривать как пример евангелизации в контексте Церкви и на основании учения Павла о благодати. Служение Иисуса Христа совершалось в переходный период между Ветхим и Новым Заветами. Мы не будем углубляться в лабиринты проблем диспенсаций, однако очевидно, что Иисус Сам исполнял ВЕСЬ ЗАКОН и требовал его исполнения от других (Мф. 5:17-20). Как мог этот юноша вести беседу о спасении с позиции оправдания верой “независимо от закона” (Рим. 3:21), если Сам Христос совершал Свое служение в рамках Закона? Богатый юноша не был “самоправедным фарисеем” (Лк. 18:10-14), иначе его слова о старании выполнять все требования Закона вызвали бы у Христа негативную реакцию, а не “любовь” (Мр. 10:21). Фраза богатого юноши “что мне делать” – не более “законническая”, чем аналогичная фраза темничного стража в Деян. 16:30.

2.Даже если допустить, что Иисус ожидал от богатого юноши понимания идеи оправдания одной лишь верой, ничто не мешало Ему сразу же остановить его, указав на изначальную фундаментальную сотереологическую ошибку. Господь же, наоборот, направил его мысли в русло исполнения заповедей (Мр. 10:19). Было бы жестоко со стороны Христа создать впечатление, что вечная жизнь достигается путем соблюдения Закона, и затем даже не намекнуть, что этот путь – ложный. Мы, посланники Христа, стараемся сразу указать людям на свободный дар вечной жизни. Неужели этого не сделал бы наш Учитель, если бы проблема богатого юноши заключалась в неверном, законническом понимании спасения? Сомневаюсь, что нам следует принять крайне кальвинистическую точку зрения, что богатый юноша не был предназначен для спасения, поэтому Иисус не дал ему даже шанса узнать истину!

3. Фраза Иисуса “одного тебе не достает” никак не указывает на ложный сотериологический путь богатого юноши. Скорее, наоборот! Довольно странно будет сказать человеку, идущему в ложном направлении: “Вам осталось сделать последний шаг для достижения цели”.

4.Нет ничего сверхъестественного в требовании Иисуса “оставить все” и следовать за Ним. Так поступили все Его ученики (Мр. 10:28). Возможно, Матфей не был столь богатым, как этот юноша, но он оставил прибыльное место и отказался от финансового благополучия. Иисус призывал Своих последователей продавать свои имения и раздавать нищим (Лк. 12:33).

6) Толкование о “законничестве” богатого юноши часто используется для уменьшения радикального смысла данного текста. Нас пытаются успокоить: “Этот юноша просто не знал, что можно получить спасение ДАРОМ, ничего не продавая, не отказываясь от житейских наслаждений, денег, успеха, статуса.

Вера богатого юноши оказалась недостаточной!

Если не законничество было проблемой богатого юноши, то что же тогда? Ответ прост: виртуальность его веры. Христос поставил его перед выбором: “сокровище на небесах” или земное сокровище. Желал ли богатый юноша небесных сокровищ? Конечно же, да. Но здесь проявилась виртуальность его веры: принятие реальности духовных богатств лишь до некоторой степени. Оказалось, что небесные сокровища уступают в реальности сокровищам земным. Только так можно объяснить, почему богатый юноша отказался от лучшего в пользу худшего. В каком случае нормальный человек может предпочесть старый Запорожец Мерседесу? Если Запорожец – “видимый”, в него можно сесть и поехать; а Мерседес – “духовный, невидимый, обещанный, его можно получить только после смерти т.д”.

Написано, что юноша “смутился” – буквально “помрачнел” – и отошел с печалью. Задумайтесь, в чем проблема? В отличие от купца, с радостью продавшего все, что у него было, ради приобретения драгоценной жемчужины (Мф. 13:45-46), этого богатого юношу не обрадовала предложенная Христом “сделка”: вечное небесное богатство в обмен на земное. Сам факт грусти говорит о парадоксальной природе веры: “Верую, Господи! помоги моему неверию” (Мр. 9:24). Небесные сокровища были достаточно реальны для юноши, чтобы их утрата вызвала грусть, но недостаточно реальны, чтобы ради них отказаться от земных богатств! Повторюсь, теоретически юноша не сомневался, что вечная жизнь важней денег и статуса. Но именно степень реальности определила его приоритеты: вдруг никакой загробной жизни и нет? Стоит ли рисковать земным благополучием?

Ценность вечных сокровищ как отдаленной перспективы значительно поблекла в глазах богатого юноши на фоне ближайшей перспективы нищеты, утраты статуса, авторитета – особенно в свете представлений того времени, что богатство является Божиим благословением.

Иисус Христос объяснил ученикам, почему богатым тяжело войти в Царство Небесное – они надеются на свое богатство (Мр. 10:23). Инстинкт безопасности требует “более реальных” средств благополучной жизни, чем вещи духовные, “менее реальные” для восприятия.

Хотя далее Господь указывает на универсальную невозможность получить спасение   человеческими усилиями (Мр. 10:27), этот момент не нужно использовать для выхолащивания той очевидной идеи, что богатым намного труднее войти в Царство Божие (в отличие от детей, например), и что у богатого юноши не хватило веры в реальность небесного сокровища.

Дальнейшая беседа с Петром и другими учениками, которых шокировали слова Христа, продолжила тему “приобретений и потерь” (Мр. 10:28-31). Богатый юноша не захотел приобрести небесное богатство путем потери богатства земного. Ученики же, “все оставившие”, чтобы, по всей видимости, получить материальное вознаграждение в царстве Мессии, потребовали объяснений у Христа, Который заявил (к их ужасу), что именно богатство и воспрепятствует им войти в Его царство. Интересно, что Иисус, кажется, снизошел к плотскому мышлению учеников. Поэтому ответил несколько уклончиво: что они получат во сто крат более того, что оставили (кроме жены – Мр. 10:29-30). Уклончивость заключалась в том, что Иисус не разъяснил подробно, что значит “во сто крат больше домов и земель” и т.д. Обычное толкование этих слов в том смысле, что миллионы верующих в мире могут послужить другим христианам своими домами и землями, не раскрывает во всей полноте значения слова “получить”, которое ученики могли понять как собственное имущество, а не пользование чужим имуществом. К тому же, чтобы другие могли служить нам своими домами и землями, нужно чтобы они владели всем этим, а не “оставили”. И многие предпочли бы иметь “свое”, а не быть неимущим, которому другие позволяют пользоваться “своим”.

Проблема виртуальности веры

Яркий пример виртуального восприятия – фильм. Он вызывает у нас различные эмоции. Нам жаль главного героя, пережившего, например, смерть жены. Но никому не придет в голову утешать его, поскольку понятно, что это всего лишь актерская игра. Мы можем в ужасе созерцать, как убийца в кинофильме движется к своей жертве, но никто из нас не попытается «спасти» несчастного. Таким образом, виртуальность – это некая параллельная реальность, которая может влиять на нас, но которую “не следует воспринимать слишком всерьез”.

Вот почему, если кто-то “слишком серьезно” воспримет доктрину ада и сокровищ на небесах – все продаст, откажется от карьеры, чтобы “угробить” свою жизнь, неся миссионерское служение где-то в примитивном племени, – тот окажется под огнем критики многих христиан. Тех христиан, которые верят и в ад, и в рай, но не слишком серьезно их воспринимают.

На богослужениях проповедник может вызвать у нас слезы сожаления о погибающих грешниках. Но когда мы вновь окунаемся в свои обычные дела, мы словно “возвращаемся к реальности”, и мало кому из нас придет в голову потратить чуть больше времени для спасения грешников, не говоря уже о продаже своего бизнеса с целью пожертвовать вырученные деньги на миссионерство или помощь нуждающимся. Ирония заключается в том, что многие из нас, реагируя с негодованием и даже озлоблением на тех, кто отвергает саму идею ада (“это ересь!”), ничего при этом не делают для спасения людей от этого ада.

Насколько виртуальна наша вера? Именно наши дела, наш образ жизни показывают степень нашей веры в библейские доктрины о невидимом. Представьте себе небольшое селение в горах, где через пять лет неизбежно должно произойти землетрясение. Вы приезжаете в эту деревню и горячо убеждаете людей переехать жить в другое место. Все соглашаются, кивают головой. Но когда через пару лет вы приезжаете туда снова, увиденное приводит вас в шок: люди не только не уехали оттуда, но затеяли грандиозные строительные проекты. На ваши слова “почему вы не поверили мне” они отвечают обиженно, что “еще как поверили!”. Они укажут вам на “священную книгу” с записанными в ней словами о грядущем землетрясении. Они скажут, что не сообщаются с теми, кто не верят в “доктрину о землетрясении” – даже изгоняют их из селения…. К сожалению, подобную картину мы наблюдаем в христианстве: строгая приверженность библейским доктринам – и в то же время “максимальное благоустройство” в этом мире! Мало кто действительно ждет Христа. И еще меньше тех, кто действительно боится ада!

Не спешите, однако, ставить клеймо “неверующих” на почти всех христианах! Библия соглашается, что тяжело воспринимать невидимое как стопроцентную реальность (1 Ин. 4:20). Какими бы вредными ни были люди, оказывается, их проще любить, чем Бога – потому что для органов наших чувств они “реальней”. Давайте будем честными: сложно любить невидимое. Даже крайние мистики, ежеминутно “наслаждающиеся Богом”, нередко ведут себя так, словно Бога вообще нет!

Дело в том, что всякая вера содержит элементы виртуальности, иначе она перестанет быть верой – станет просто знанием! Реальность видимого не подвергается (обычно) сомнению. Она статична. Реальность невидимого – “динамична”. Она зависит от нашего состоянии – духовного, эмоционального и даже физического. Даже в самых трудных обстоятельствах моей жизни моя жена не становится “менее реальной” для меня. Другое дело – сфера невидимого: Бог, небесные сокровища, ад, рай и т.д. Именно поэтому Бог так ценит веру в незримое (Ин. 20:29). Именно поэтому каждый наш поступок, поступки других людей, духовное состояние нашей церкви, круг нашего общения – все это или усиливает “реальность” духовных вещей или снижает.

Для нашего утешения (но не для оправдания нашей слабой веры) следует указать, что даже “отец всех верующих” Авраам иногда не воспринимал Бога и Его силу как стопроцентную реальность. Иначе как объяснить его страх, что египтяне могут убить его из-за Сарры (Быт. 12:11-13)? Верил ли Авраам, что Бог сильнее фараона и сможет его защитить? Разумеется, да. Но мощь этой державы, которая воочию предстала перед ним, оказалась “реальнее” всемогущего Бога. И Авраам повел себя так, словно он вообще не верил, что Господь способен выполнить данные Им обещания (Быт. 12:1-3). И это был не единичный случай.

Верил ли Давид в Бога, когда грешил с Вирсавией? Разумеется, да. Но в момент совершения с ней греха он был фактически «атеистом» - вел себя так, словно Бога нет. Он просто не думал о Нем. Виртуальный элемент веры позволяет “выключить” из нашей жизни Бога, подобно тому как мы выключаем телевизор, когда не хотим видеть фильм. Именно по этой причине нас намного чаще может удержать от совершения греха элементарное присутствие верующего (даже не пастора), чем Бог, присутствие которого невидимо.

К счастью, Библия содержит примеры сильной веры, в которой элемент виртуальности сведен к минимуму. Иосиф прекрасно понимал, что быть врагом жене Потифара равносильно самоубийству. Однако он больше боялся Бога, Которого не видел, чем эту коварную похотливую женщину, которую видел.

  Что мы делаем для снижения виртуальности нашей веры? К сожалению, церковное служение не означает усиления веры. Есть немало пасторов, которые создали большие общины, но в итоге впали в серьезные грехи. Бог не стал для них ближе и реальнее с годами самоотверженной церковной активности. Наоборот, накопление усталости, негативизма и других факторов привели к отдалению от Бога и своей семьи.

Для усиления веры следует постоянно напоминать себе, что кроме религиозных организаций и людей, в них находящихся, есть реальный Бог. Есть ЧТО-ТО ЕЩЕ (точнее, КТО-ТО ЕЩЕ), помимо успешного (или неуспешного) служения, целей, видения, стратегий и т.д.

Чтение Библии, молитва, искренний поиск Бога, общение с духовными христианами – все это помогает усилить “реальность” духовных вещей. И наоборот, полное погружение в земные дела, эгоцентризм, гонка за успехом, удовольствия и плотские ценности могут сделать нас “верующими неверующими”.

Геннадий Нефедов, администратор

Голос Истины


© 1999-2017 "Голос Истины" All Rights Reserved.
Воспроизведение, распространение в интернете и иное использование информации опубликованной на сайте www.istina.info допускается только с указанием гиперссылки (hyperlink) на www.istina.info. Использование материалов в не сетевых СМИ (бумажные издания, радио, тв), так же со ссылкой на журнал "Голос Истины" и сайт www.istina.info. Связь с Редакцией.